Герой, не ставший Героем. Пилот Владимир Маркович РАЗУМОВ

(Работал в Якутской Авиации с 1957 года по 1967 год и с 1976  по 1984 год)


Очередной выпуск в Серпуховской военной авиашколе истребителей состоялся в апреле 1941 года. Одним из получивших удостоверение пилота был Володя Разумов.

В числе десяти лучших выпускников Разумова направили в 282-й истребительный авиаполк, который базировался на  Украине, близ Кременчуга. Вечером 21  июня Разумов заступил помощником оперативного дежурного штаба дивизии. Около полуночи старший отпустил его отдохнуть, а когда Владимир вернулся, то заметил необычное оживление в штабе. На вопрос оперативный дежурный коротко бросил:  «Война!» Не поверил.

К середине июля в полку от 40 самолетов осталась половина, а к августу из летного состава – только 15 летчиков, из них 8 сержантов. К этому времени Разумов сделал с ведущим капитаном Букаловым 50 боевых вылетов. Часто летали на штурмовку немецких войск. Колоннам противника, в основном танковым, конца-края не  видно. С земли гремел сильнейший заградительный зенитный огонь, в воздухе – «мессеры».  Каждый истребитель сбрасывал 150 кг бомб, а потом поливал колонны из четырех пулеметов.

В начале сентября Разумов и с ним еще четыре сержанта во  главе с капитаном Сотниковым вылетели в Курск получать истребители И-16.

В октябре, когда полк перебазировался в Купьянск, Разумов стал старшим сержантом и командиром звена. Наживался боевой опыт нелегко. В один из налетов на  харьковский аэродром звено потеряло двоих – Служеницын повторил подвиг Гастелло, а Ведерников, как оказалось, выбросился на  парашюте и через пять суток мыканья по занятой  врагом территории, вернулся в полк. Он, а за компанию и Разумов, получили нагоняй от особиста.

Проверкой мастерства звена Разумова стал воздушный бой под Харьковом в ноябре – трое против шести фашистов. О воздушном бое писала «Правда» 29 января 1942 года: «Находчивость и отвагу проявляет в боях старший сержант В.М. Разумов. Несколько дней назад над военными объектами города К. появилась пятерка фашистских бомбардировщиков. Врезавшись в центр вражеского строя, старший сержант Разумов привел фашистов в замешательство и отогнал от города». Неделю спустя, 5 февраля, эта же газета на первой полосе поместила большой групповой портрет летчиков-истребителей полка майора Минаева. К этому времени у Разумова было уже более 130 боевых вылетов.

Действительно, как раз в это время командир 282-го истребительного авиаполка майор Минаев направил в вышестоящую инстанцию наградной лист, представив старшего сержанта Разумова к званию Героя Советского Союза.

...Мурманский морской порт. Пристань оцеплена. На пароходе густо мелькают зеленые фуражки пограничников. У сходней – выяснение отношений, чуть ли не драка: кто-то из «фуражек» обозвал бывшего пленного изменником Родины. Это того-то, кто прошел все круги ада! Население и близко не  подпускают. Вспомнилась Разумову встреча бывших военнопленных в Лондоне: оркестр, на аэродроме накрыты столы  с едой и вином... Сравнение не в нашу пользу.

Разумова с частью других прибывших переправили в Козельск, в офицерский лагерь, где сформировали полк – около 1200 человек от младшего лейтенанта до полковника. День и ночь  допрашивали следователи, все – молодежь, настроенная с предубеждением. Человек сто, и Разумова в их числе, восстанавливают в воинском звании, снимают с учета и демобилизуют. Остальных отправляют на лесоповал или в Воркуту добывать уголек. Закончилась армейская жизнь Разумова. Можно подвести итоги: 176 боевых вылетов и восемь лично сбитых немецких самолетов.

По прилете в Якутск – грустное начало. Вызывают в политотдел управления гражданской авиации. В кабинете сидят трое, спрашивают: «Расскажи, Разумов, как  было дело».

Рассказывает, наверное, уже в сотый раз в разных инстанциях – как попал в плен, о пребывании там, об освобождении... «Выйди!» Вышел. Через пять минут: «Зайди!» Зашел. «Из партии мы тебя исключаем... за неуплату членских взносов». Ошарашенный Разумов спрашивает: «Кому было их платить? Гитлеру?» Молчание. Написал в ЦК партии: так, мол, и так. Ответ: «С решением парткомиссии политотдела согласны». Круг замкнулся.

Была зима, летать не дают, боятся, что обожженное лицо тут же обморозится. Так-то оно так, но без полетов платили копейки, можно ноги протянуть. Наконец, начинает летать на  По-2. Сначала перегонял самолеты из Казани в Якутск, затем стал работать на  линии Олекминск – Якутск. Пять часов в воздухе в открытой кабине при минус 45 градусах. Обморозился, хотя и не снимал с лица защитную маску. Успокаивал себя: ничего, скоро лето...

Летом Разумов патрулирует леса в Олекминском районе. Кругом горит тайга, непроглядный дым. В это время он получает комнату в Якутске. Сам везет туда жену с дочкой. На полпути попадает в такую мглу  – не видно ни земли, ни неба. Сильно перепугался, конечно, не за себя, а за них. Дал зарок: ни  в жизнь больше не возить своих!

К осени Разумов становится командиром звена самолетов По-2, обслуживающего район Якутск – Курунг-Юрях – Югоренок, позже летает в санитарном звене. Все полеты с подбором площадок с воздуха. А какие они, площадки, в Якутии? Поляны, поля, замерзшие озера. Часты посадки и взлеты на грани возможного, а бывало, и невозможного...

В мае 1949 года Разумова направляют учиться на второго пилота Ли-2. Он  всегда учился с огромным желанием, и эти курсы заканчивает с отличием. Летает вторым пилотом, командиром самолета не  утверждают – не  та биография: был в плену, да еще и из партии исключен. В отряде его называют «второй пилот-инструктор». Взыграло самолюбие, и в 1955 году Разумов уходит с летной работы на пенсию, устраивается диспетчером в Якутском аэропорту.

В 1965 году Разумов первым в Якутии осваивает пилотирование самолета Ан-12, обучает на эту технику экипажи авиаотряда. В следующем году отряд начинает осваивать самолет Ан-24. За три  года, пока Разумов руководил отрядом, не было ни одного летного происшествия по вине личного состава.

Обстоятельства сложились так, что в 1967 году Владимир Маркович вынужден был покинуть Якутию, стал работать в Москве в Управлении полярной авиации пилотом-инструктором на самолетах Ан-12. А когда через три года это управление расформировали – вторым пилотом пассажирского лайнера Ту-114 в Московском управлении транспортной авиации. Командиром этого воздушного судна его не утверждают – нет среднего образования. Раз так, он поступает учиться в десятый класс вечерней школы. И это в 49 лет! Говорят, надо иметь цель, он ее имел. Получает аттестат зрелости и еще два года летает командиром экипажа на Ту-114, вплоть до их повсеместного списания. На Ил-62 Разумова не берут даже вторым пилотом: нет высшего образования. В это время его приглашают опять в Якутск на Ан-12. Вернулся сюда в феврале 1976-го на должность пилота-инструктора. Первым открывал полеты этих машин на станции «Северный полюс-23» и СП-24, часто летал туда. Работа была напряженная, но интересная.

Однако время и возраст брали свое. В 57 лет Владимир Маркович оставил летную работу, отдав ей сорок лет жизни. Много всякого происходило за эти долгие годы. Не однажды заглядывал смерти в лицо. Но всякий раз чудом оставался живым.

«Значит, – подытоживает Владимир Маркович, – мне в жизни везло...»